Зло вокруг нас

Sv. Goranflo

не в сети давно

Наше время отличается большой бездуховностью.
Многие исповедуют материализм. Думают, что умнее других, что свободны от мистических «предрассудков», которые «сковывают суеверных людей». Моё мнение: отрицая сверхъестественное, утверждая, что они не верят в светлые и тёмные силы, правящие миром, эти люди лукавят. В глубине души они понимают, что мир не так прост, как им бы хотелось. Что он почти полностью во власти тёмных сил, непрерывно строящих жестокие козни, мечтающих лишь об одном — погубить род человеческий, истребить наши души… Эти «материалисты», внушая себе, что потусторонних сил нет, что можно жить, как им хочется, без опаски, подобны неразумным детям, которые, увидев ночью вора, лезущего в окно, вместо того, чтобы бежать и звать на помощь, натягивают на голову одело: «Я его не вижу — значит его нет!»
Думаю, прочитав мою историю, многие поймут наконец, что Зло — реально, оно вокруг нас, и абсолютно каждый человек стоит перед выбором: вступить с ним в бой или отвести глаза, сделать вид, что не замечаешь очевидного, и позволить Злу поработить и уничтожить себя. Третьего не дано!

Родился и вырос я в деревне, в простой работящей семье колхозников. Сколько я себя помню, нашим соседом напротив был Нифетин, Михаил Фролович. Жил один – с женой они развелись, взрослая дочь жила в городе, но иногда приезжала и привозила с собой сына Костю погостить у дедушки. С Костей мы были одногодки. Иногда играли вместе, но большой дружбы у нас не было.
Дом их, через дорогу от нашего, всегда производил на меня гнетущее впечатление. Маленькие тёмные оконца с треснутыми стёклами словно смотрели на тебя из-под сурово нахмуренной провалившейся крыши недобрым мутным взглядом. Серые некрашеные гниловатые доски, которыми он был обшит, и чёрный рубероид на крыше делали его похожим скорее на сарай, чем на жилое помещение… Этот дом пользовался дурной славой, говорили, что в нём умирали люди…
В конце пятидесятых годов внезапно умер Фрол Нифетин, отец Михаила. Вроде бы ничего странного, ему было 70 лет, но рассказывали, что в ту ночь над деревней бушевала сильная гроза, какой не помнили даже самые древние старики, все собаки в селе надрывались отвратительным лаем, а в небе носились шаровые молнии… Через три года, в 67 лет скончалась Фролова жена, вроде от простуды…
Однажды, когда мне было лет двенадцать, я возвращался домой с рыбалки. Смеркалось. Проходя мимо Нифетинского забора, я увидел стаю то ли черных птиц, то ли летучих мышей. Со свистом рассекая воздух крылышками, они пронеслись над самой моей головой и умчались на запад, навстречу тьме, ползущей вдогонку за убежавшим солнцем… Мне стало невыразимо жутко, оставшиеся метры до родной калитки я бежал…

Прошли годы. Я окончил восемь классов, пошёл работать на комбинат.
В одну ненастную осеннюю ночь, в конце девяностых, в сером мрачном доме снова умер человек – старый Михаил Нифетин. Всю ночь лил дождь, и ветер страшно завывал в печных трубах… На похороны приехала вся его родня – дочь, внук Костя, жена и сын Кости, ещё кто-то… Меня позвали помогать нести гроб.
Во время похорон ничего необычного не произошло – только весь день небо было затянуто серыми тучами, и где-то далеко тоскливо выла собака. Но на это никто, кроме меня, внимания не обратил.
Вскоре в опустевший Нифетинский дом въехали новые жильцы — Костя с семьёй.
Странно было смотреть на молодую, современную семью, перебравшуюся из города в наше болото. У нас ни больницы, ни школы – дети ходят за пять километров в соседнее село. Из учреждений – сельсовет, неделями стоящий закрытым, магазин – работает один день через пять, клуб с забитыми окнами да развалины церкви у кладбища… Зачем им это? Ради отдельного жилья? Приехали они на нестарой, чистенькой «девятке», одеты неплохо, значит, не бедствуют – могли бы в городе квартиру снять, как все нормальные люди, которые наоборот едут в город, хоть в какие условия, лишь бы в город…
Сам я жил тогда один в нашем старом доме – родители преставились, старший брат уехал в город, сестра замужем. Я тогда уже не работал – комбинат наш закрыли, колхоз развалился. Кормился огородом да случайными приработками. Да, бывало, пил, да кто же без греха?
Как водится, зашли мы с другими селянами поздравить новосёлов, познакомиться с семьёй Кости. Посидели, выпили, поговорили… Костина жена, Надежда, маленькая, хрупкая, бледная брюнетка, замкнутая и застенчивая, весь вечер молчала и за столом почти не сидела – то бегала на кухню за новым угощением для нас, то к сынишке в соседнюю комнату – шесть лет мальцу, незачем ему слушать взрослые разговоры. Странная какая-то.

Вечером, когда все уже пошли по домам и я, последний из гостей, тоже собрался уходить, Женя – так звали мальчика – вышел из своей комнаты. Отец подозвал его – познакомить со мной. Повернувшись пожать его маленькую ладошку, я чуть не отпрянул от неожиданности: правый глаз ребёнка очень сильно косил к переносице, настолько, что даже радужки почти не было видно, и казалось, что весь глаз – одно сплошное бельмо… Заметив мою реакцию, Костя пояснил:
— Давно это у него… Летом в город поедем, операцию делать.
Сказать честно, что-то мне в этой семье не понравилось. Какие-то они были… не такие…

Мужики втихаря посмеивались – приехал, глава семьи, а где он у нас тут работу найдёт, чтоб кормить семью, да тачку содержать?
Однако не прошло и недели, как Костя устроился электриком на каком-то предприятии в райцентре, за пятьдесят километров, стал каждый день уезжать на машине ни свет ни заря. Зашибал прилично, и Надя не работала, сидела с ребёнком. Во всей деревне машины были у пяти-шести человек, а Костя свою ещё и надраивал каждый день до блеска, и хоть и был конец сентября, грязи по уши, выезжал каждое утро на чистенькой, дескать, смотрите, олухи деревенские, как люди живут!
Вот так – если есть машина, можно позволить себе ездить далеко… Автобус до райцентра ходит не от нас, а из того же села, где школа, в пяти километрах, в шесть утра. Вот и вынуждены были наши мужики сидеть по домам да спиваться… А сам Костя не пил больше после новоселья, мы приглашали, а он всё: «Мне завтра рано», «Я за рулём». Приезжал он домой ближе к вечеру, до ночи возился с сыном или мастерил что-то. Переехав, он сразу затеял большой ремонт в своём хозяйстве – поднял забор, начал выправлять крышу, привёз железо кровельное, наши только головой качали – откуда что берётся? Жена с сыном приводили в порядок сад. Не то чтобы Костя задирал нос, говорил со всеми дружелюбно, многим бесплатно помогал чинить проводку. Но, с другой стороны, а что ему задирать нос – машина, аккуратно прибранный двор и стройматериалы, которые он продолжал подвозить, говорили сами за себя, и может в том он и находил удовольствие – тайно чувствовать своё превосходство, держась со всеми вежливо…

Как-то ночью я шёл от приятеля чуть навеселе. Тропинка шла вдоль забора соседей. Было хорошее настроение, и о стае тварей, налетевших на меня здесь в детстве, я и думать уже забыл. И вдруг — снова звук, похожий на свист, что-то жуткое ринулось с неба. Я еле успел пригнуться. Как и тогда, летучая орда мелких противных существ пронеслась надо мной, почти задев мою макушку, мгновенно взмыла в небо и пропала во тьме. От неожиданности я пошатнулся, потерял равновесие, взмахнул руками и упал, больно треснувшись о забор. И тут из-за туч выплыла полная луна и облила округу слепящим, мертвенным светом. В тот же миг в доме Кости распахнулась дверь. Сквозь щели забора я видел, как из черноты дверного проёма медленно шагнула худая фигура в белом. Это была Надежда в ночной рубашке. Она шла, вернее, бесшумно плыла, выставив перед собой руки. Двигалась по прямой, не разбирая дороги, через колючие кусты, прямо на меня. От ужаса я не мог пошевелиться, так и лежал, опираясь на локоть, под забором, и не мог оторваться от жуткого зрелища. В доме зажёгся свет, во двор с грохотом выбежал Костя в семейных трусах, схватил лунатичку за плечи, развернул лицом к себе и стал трясти и называть по имени, просил очнуться, даже по щекам легонько шлёпал. Наконец просто перекинул её через плечо и понёс в дом. На ходу он обернулся и посмотрел в мою сторону. Его глаза странно блеснули в свете луны, взгляд показался мне очень злым. Когда дверь захлопнулась, а свет в окнах погас, я вскочил и со всех ног припустил по тропинке, вбежал в свой дом, закрыл дверь на засов, не включая свет, на ощупь пробрался к столу, схватил початую бутылку водки, сделал несколько судорожных глотков из горла. Вопреки ожиданиям, легче не стало. Перед глазами так и стояли бледное лицо сомнамбулы и злые глаза её мужа. Сердце колотилось в горле. Я лёг, но сон не шёл, а где-то через час вдруг скрутило живот. Остаток ночи я провёл в сортире.

Утром живот продолжал болеть. Как всегда в таких случаях, я пошёл к бабке Павлине. Она была самой мудрой бабкой в деревне: выписывала ЗОЖ, разбиралась в лекарствах не хуже врачей, никогда не ходила простоволосой и знала все праздники. Она всегда рада была помочь недужным, у неё всегда было припасено множество разных настоек на самогоне, который она сама готовила, и все мужики ходили к ней лечиться от своих хворей. Ещё Павлина делала прекрасную брагу. В деревне её уважали. Я рассказал ей обо всём, что случилось ночью. Выслушав меня, она налила мне стакан своей особой настойки от нервов – спирт, полынь, укроп, ещё что-то. Дождавшись, пока выпью, веско сказала: «Сглазили тебя, касатик, вот в чём дело. Сосед твой и сглазил. Бабу его ночами чёрт водит, а ты это подглядел, вот и зыркнул на тебя Коська тухлым оком, извести тебя решил, чтоб ты людям про ту бесовщину не рассказал. Всех мужиков наших в деньгах обошёл и рад нашему горю, а теперь ещё и порчей вздумал извести, с-стерва!». С этими словами бабка смачно сплюнула под ноги.

Я и сам давно начал подозревать что-то подобное, и теперь ещё сильнее утвердился в своём подозрении. По пути домой я напряжённо думал, пытаясь вспомнить все факты. Через три недели после их приезда у Тесёмкиных с Пионерской улицы сдохла коза, хозяйка тогда сказала, не иначе, испортил кто-то. Это случилось аккурат через два дня после того, как Костя приходил к ним проводить свет в сарай… От мыслей меня отвлёк шум. Ватага наших деревенских ребятишек, мальчишек и девчонок, с криком и топотом бежала по улице и гнала перед собой задыхающегося, ревущего Женьку. «Косой!», «Стерва!», «*опа одноглазая!» — кричали дети и кидали в него камнями. Улица, ведущая к сельсовету, была у нас засыпана крупной щебёнкой, хотели вроде класть асфальт, да что-то не срослось. Мужики гребли эту щебёнку в вёдра и несли к себе для хозяйственных нужд. Дети ею кидались. Камни так и отскакивали от Женькиной спины. Дети с первого дня невзлюбили уродца, начали подстерегать его по дороге в магазин, куда мать посылала его одного, и показывать ему кузькину мать. Я тогда думал, что это из-за косого глаза. Однако теперь всё это дело виделось мне в ином свете. А что если дети сразу почувствовали угрозу, исходящую от этой семейки, неким шестым чувством, которое так развито у детей и притупляется у взрослых? Недаром же говорят: «Устами младенца глаголет истина». И не зря люди с древних времён боятся косых да одноглазых, такое уродство – метка дьявола.
Вечером я сидел на лавочке у своей двери, курил и продолжал размышлять. Подъехал Костя. Выйдя из машины, он кивнул мне и помахал рукой. Я нехотя кивнул в ответ, затоптал окурок и ушёл в дом. Ишь, ручкой машет, как будто ничего и не было.

Следующая неделя прошла спокойно. Я уже не так часто возвращался в мыслях к этой теме, начал думать, что мне всё показалось. И тут как гром среди ясного неба – телеграмма! С братом беда! Жена его пишет, мол, шёл братуха ночью из гостей. Сам проделал весь путь, и уже в собственном подъезде, на ступеньках, подвернулась нога, и он скатился вниз по лестнице! В больнице поставили лёгкое сотрясение мозга, перелом двух пальцев на руке… Бывает и хуже… Но я понял: это предупреждение. Дальше будет хуже.
Весь остаток дня у меня ныло в груди. Что делать? Кто поможет? В милицию не обратишься, засмеют. Кто мне поверит? Неужели семейство колдунов так и будет безнаказанно топтать жизни людей и спокойно жить в крепком доме, выделяющемся яркой свежей краской среди наших халуп? Уж не этот ли дом высасывает энергию из всей нашей деревни? Иначе почему у других всё гниёт и рушится, мужики пьют, дети болеют, не хватает денег, а в Нифетинском доме – сплошное процветание? Где управа на нечисть? По всему выходило, что я должен решить проблему сам.
Надо было хорошо подготовиться. На следующий день я пошёл в лес и нашёл там засохшую осину. Отрубил несколько веток. Одолжил у Тесёмкина канистру бензина. Дождавшись, когда Костя приедет с работы, я подошёл к нему и завёл пустячный разговор, а сам ждал подходящего момента. И вот, когда Костя отвернулся, я быстро наклонился и сунул картофелину в выхлопную трубу «девятки». Распрощавшись, я пошёл к себе и сразу лёг спать.

Проснулся я утром от крика петуха. Сразу встал и начал собираться. Время я выбрал удачное: во-первых, ночь – это время, когда Тьма властвует над землёй и всякая нечисть входит в полную силу, а с криком петуха, предвещающим скорый рассвет, колдуны теряют часть этой злой силы. Во-вторых, в это время Костя выходит из дома и едет на работу. В третьих, у нас в такую рань больше никто не встаёт, на улице пусто.
На улице хлопнула дверь. Это вышел Костя. «Ну, решайся! — сказал я себе. — Сейчас или никогда!». Я выпил стакан водки для храбрости, и чувствуя, как разливается по телу приятное, придающее уверенности тепло, вышел из дома. Мой план сработал, с заткнутой выхлопной трубой машина не завелась, и Костя, ещё не поняв в чём дело, открыл капот и склонился над мотором. Я подошёл спокойным, уверенным шагом. Если бы я стал подкрадываться, он всё равно бы меня услышал и что-то заподозрил бы. Мы поздоровались.

— Не заводится? – спросил я

— Как видишь – ответил Костя, и отвернувшись от меня, снова наклонился.

Это был мой шанс! Я быстро извлёк из-под полы топор и ударил, держа топорище обеими руками. Острый уголок лезвия вошёл Косте точно в затылок. Он обмяк без звука, так и остался лежать под крышкой капота, задницей наружу – со стороны могло показаться, что он всё ещё ищет неполадку. А я, не теряя ни секунды, пошёл в дом – вдруг Надя что-то увидела в окно. Войдя, сразу увидел её – она прибирала со стола, и сразу увидел Женю в соседней комнате, сидящего на кровати. Не дав ей опомниться, я ударил Надю кулаком под дых, чтоб не закричала, и принялся что есть силы рубить её по голове, по поднятым в защитном движении рукам, она рухнула на колени, я всё так же продолжал рубить, красные клочья летели во все стороны. Я нанёс больше десятка ударов, сильных, точных, большинство пришлось в голову. Утерев кровь с лица, я развернулся к ребёнку. Оказалось, он так и сидел всё это время не шелохнувшись, уставившись на меня своим глазом, будто в ступоре. Я шагнул было к нему, но вдруг Надежда, казавшаяся мне мёртвой, с глухим воем схватила меня за ноги, а в правую ногу вцепилась зубами. До чего ведьмы живучи! Я испугался – все знают, как опасен укус таких тварей. Но я был в кирзовых сапогах, их даже такая кобра не прокусит! Отодрав от себя, я швырнул её на пол, в лужу её зловонной демонской крови, и нанёс ещё с десяток ударов, превратив её голову в фарш. Потом я бросился к мальчишке.
Не знаю, был ли это просто боевой кураж, или меня направляла неведомая светлая сила, карающим мечом которой я был в тот момент, но я ощущал в себе невероятный прилив сил и какую-то звериную ловкость. Я действовал чётко и быстро, как профессиональный боец, хотя никогда не занимался спортом и в армии служил в стройбате.

Женя, или как там это существо на самом деле звали, всё так же сидел, схватившись руками за край кровати, не пытаясь убежать, и раскрыв рот смотрел на меня не отрываясь. Возможно, он пытался меня загипнотизировать, медлить было нельзя. Пинком я свалил его на пол и одним мощным ударом отсёк голову. Затем сунул топор за ремень, в одну руку взял башку гадёныша, другой отволок тело за ногу в большую комнату, бросил всё это поверх останков его мамаши, подумав, отрубил голову и ей – это верное средство, чтобы колдуны не беспокоили людей после смерти, став упырями. Затащил со двора тело Кости, положил там же и так же отрубил ему голову. Главное было сделано, но работу надо выполнять до конца. Я вытащил из-за пазухи три коротких острых осиновых колышка, приготовленные заранее, и обухом топора загнал по одному в грудь каждому из чудищ. Но и этого было мало для полной уверенности. Выглянув в окно, убедившись, что на улице никого, я выскользнул за дверь, пересёк улицу и зашёл к себе.
Вернулся в дом соседей я с большой канистрой бензина, да не простого, в эту канистру я добавил ложку святой воды. Разлил бензин по всем углам проклятого логова, особенно щедро облил тела «соседей». Вышел во двор, закурил. Тлеющий окурок швырнул внутрь дома. Всё. Моё дело сделано.

Пока в Нифетинском доме разгоралось пламя, я сбросил с себя пропитанную кровью одежду, умылся и стал собирать вещи. Решил податься в бега. Я исполнил свой долг, спас односельчан, но прекрасно понимал, что люди мне не поверят. Миром правит Зло, оно проникло во все сферы жизни. Простым наивным людям выгодно не замечать монстров вокруг себя, чтобы продолжать вести спокойную, бездеятельную жизнь, а все судьи, все правители, все, кто имеет власть, богатство и успех, служат Злу, и на справедливый суд мне рассчитывать не приходилось.
Я побросал вещи в чемодан, всего-то запасная одежда, ботинки новые — сестра подарила. Вытащил из заначки остатки денег, сунул в карман. Распихал по карманам деньги, которые нашёл в доме врагов перед тем, как поджечь. Залпом допил остатки водки из бутылки и вышел на улицу. Я покидал свой дом навсегда. Из окон Нифетинского дома вовсю рвалось пламя. Но людей рядом не было – на нашей улице никто не держит скотину, рано не встают. Пока увидят, пока вызовут ментов, да пока те сюда доберутся – я буду уже далеко, думалось мне.
Но мне не повезло. Я добрался до райцентра, провёл там ночь, даже успел сесть на поезд и проехать несколько станций. На вокзале я взял водки, выпил, сидя в купе, и меня сморило. Очнулся я уже в наручниках.

Потом был суд, но перед судом – обследование психиатра. Как видно, Злу на этот раз было выгоднее выставить меня больным, чем отправить на зону. Меня признали невменяемым… «Шизофрения», «мания преследования», «обострение на фоне», «алкогольный психоз» и прочие эти их научные словечки… И отправился я в психушку. На десять лет. Всё там было. Уколы, от которых меня неделями выворачивало. Голод. Холод. Били. И врут всё, что электрошок больше не применяют… Но эти годы не прошли для меня даром. Я стал умнее. Я многому научился. Ждать. Терпеть боль. Скрывать эмоции. И говорить врачам не то, что думаю, а то, что они хотят услышать.
Через десять лет меня выпустили. Я хорошо прикинулся, что больше не верю в Зло, что больше не собираюсь сражаться и даже что раскаиваюсь в том, что сделал. Меня выпустили под наблюдение. Смешно – кто захочет возиться, за мной следить.

Уже год живу на свободе. В родную деревню не вернулся – не нужны мне косые взгляды односельчан, не понимающих, от какой гадости я их избавил. Не сомневаюсь, что никто меня не ищет, из тех, кто должен за мной «наблюдать». Приехал в село, в котором меня никто не знает. Устроился ночным сторожем на складе. Дали комнатку в бараке. Живу тихо, ровно. Выжидаю. Незаметно наблюдаю за Злом, опутавшим всё вокруг гнусными щупальцами. Оно всё время передо мной. Я его ощущаю. Когда вижу сытую, довольную харю врача, которому просто за то, что он соизволил приехать в нашу глухомань, дали почти новый дом и положили миллион на счёт. Или бесстыжих девок в юбках выше колена и с распущенными волосами.
Я вспоминаю чистенькую белую «девятку» Кости и как он самодовольно разъезжал на ней по нашим кривым улочкам, мощёным жидкой грязью, когда вижу летом иномарки ожирелых дачников. Вспоминаю, как он назло всем красил свой дом, когда вижу людей, обкладывающих свои дома кирпичом, тогда как церковь – единый наш оплот против нечисти – стоит полуразрушенная с революции.
Слыша по радио о разврате и вольнодумстве, об однополых браках, гей-парадах, клонировании и сатанинском коллайдере на продавшем душу Западе, я вижу внутренним оком мерзкий косой глаз Костькиного отродья, и мои руки сами собой начинают шарить вокруг в поисках топора. В эти моменты я понимаю, что моя борьба… моя война… только начинается.

0

Узнать… не расставаться

Pupsik

не в сети давно

Водами какой реки обтёсаны?
Силою каких ветров иссушены?
С безответными лишь к ним иду вопросами.
Притчи их шлифуют душу мне.

У друзей, не верящих в бессмертие,
Не найти жилетку мне комфортную.
Кажется порою, что в ответе я
За судьбу любую приручённую.

В речах чаек над стихией бешенной,
Если вдруг случись реинкарнация,
Через век услышу, что обещано:
Втретиться, узнать не расставаться нам.

1

Зачем они сверлят?

Sv. Goranflo

не в сети давно

– Др-р-ррр! Др-р-ррр! У-у-у-уууууу!!!

 

Макс яростно заворочался на диване и завернулся в плед, пытаясь закрыть уши. Нет, уснуть уже не удастся. Десять утра, суббота. Сумасшедший гад наверху опять достал дрель и начал драть людям нервы, как он это делал почти каждое утро уже почти целый месяц. Соседи писали жалобы, даже звонили в милицию… Тщетно! По закону в это время суток можно заниматься ремонтом. Но что это за ремонт такой, который длится месяцами? Да ещё и каждый год, причем в одно и то же время? Максим снимал эту квартиру три года, и каждую весну, в начале мая, чёртов псих с верхнего этажа начинал сверлить… Весеннее обострение?

 

– Др-р-др-др-др-др, вж-ж-ж-ж-ж!!!

 

Чтобы спастись от шума, надо было просто уйти из дома, но противные звуки не давали сосредоточиться, и пока молодой человек хмуро бродил по квартире, пытаясь прийти в себя, пока через силу почистил зубы, пока вскипятил чайник… Хотел закурить – нет зажигалки, пока искал зажигалку – сигарета во рту размокла, пришлось плюнуть. Пока снова искал сигареты… В общем, пока рассеянный Макс безжалостно убивал прекрасное субботнее утро, прошло целых два часа, и звуковая пытка закончилась сама собой.

 

В наступившей тишине Максим блаженно плюхнулся на диван. Может, ещё подремать? Парень зевнул, сладко потянулся… И подскочил от звонка в дверь! Звонок был старый, советский, с противной скрипучей трелью, от которой шёл мороз коже.

 

– Твою ж мать! – прошипел Максим.

 

Тихо ругаясь и на ходу натягивая футболку, парень пошёл в прихожую.

 

– Кто там?!

 

В дверной глазок было видно что-то большое и лохматое.

 

– Соседка снизу! – ответствовал из-за двери мрачный женский голос.

 

Ещё один знаменитый обитатель подъезда. Толстая, неопрятная тётка, на вид лет сорока, с рыжими волосами до плеч, которые она мыла, похоже, раз в месяц. Ходила в прямоугольных очках, придававших лицу враждебно-прищуренное выражение, и в сером шерстяном свитере, одном и том же зимой и летом. Ещё носила на голове красно-белую повязку с вышитыми громовыми колёсами, «как у древних русичей». Порой подрабатывала то ночным сторожем, то дворником, но по большей части сидела дома. Вроде получала какое-то пособие, потому что детдомовская и в психушке лежала. А ещё, как говорила сама «русич», она была журналист, блогер и целитель…

 

Кого и как она целила, Максим понятия не имел, но иногда читал её блог. Не сказать, что там было что-то очень оригинальное… Масоны, проникшие во все правительства, СМИ и университеты. Предки масонов – тамплиеры, придумавшие и до сих пор контролирующие мировую банковскую систему. Сатанисты, контролирующие тех и других… А сатанисты поклоняются инопланетным демонам – ящерам, потомкам динозавров и тёмных Богов – Драконов из Запредельной древности… И все эти нехорошие люди и нелюди объединились во вселенском заговоре, чтобы поработить и уничтожить человечество. Они зомбируют людей через ТВ и интернет, облучают целые страны с невидимых космических станций, отравляют реки и водохранилища психотропными веществами, отупляя и озлобляя целые народы. Устраивают экологические катастрофы и экономические кризисы, развязывают войны… И если они выиграют идеологическую войну, развратят и запугают большинство людей, то смогут победить Мировой разум – общее сознание Земли и всех её обитателей. Тогда с нашей планеты спадёт защитное поле, сотканное за миллиарды лет всеми добрыми делами, мыслями и чувствами всех когда-либо обитавших на ней существ, граница между мирами исчезнет, и вся иномирная нечисть прилетит на летающих тарелках и устроит на Земле величайшую бойню, геноцид и тысячелетний концлагерь для всего живого. На всех континентах построят ступенчатые пирамиды, как в Мексике, на этих пирамидах будут миллионами приносить в жертву людей, так, чтобы стекающая кровь покрывала их с вершины до подножия. Жизненная сила из этой крови будет накапливаться в пирамидах и чёрными безлунными ночами бить из их вершин светящимися потоками в страшное чёрное небо, в ледяную космическую пустоту – питать парящих там демонов, чтобы они стали ещё сильнее и могли захватывать всё новые и новые миры…

 

Конечно, весь этот бред уже есть у тысяч авторов на тысячах сайтов. Но у тётки снизу получалось как-то от души, с надрывом, и писала она складно, а Макс любил ужастики.

 

Несмотря на лютый трэш в блоге, в жизни соседка вела себя довольно тихо, предпочитая вообще лишний раз не выходить из дома. И никогда ничего не сверлила, за что ей от Макса была отдельная благодарность. Вот только весной, в начале мая, на неё нападала какая-то общественная активность… Соседка покидала свое одинокое жилище и бродила по улицам, расклеивала по стенам листовки с ужасами грядущего Апокалипсиса, призывами покаяться и не смотреть телевизор, приставала с разговорами к прохожим. Один раз её избили. Макс тогда отвозил потерпевшую в травмпункт – за машину ещё не расплатился, а салон в кровище, будто хряка колол.

 

Всё это веселье у соседки начиналось стабильно каждую весну, ближе к маю, за пару дней до того, как сосед сверху начинал сверлить. Совпадение? Да нет, просто весеннее обострение, как у всех сумасшедших. Другого объяснения быть не могло.

 

Когда «верхний» брался за дрель, всё внимание «нижней» переключалось на него. Она заявляла на него в милицию и требовала завести на сверлильщика уголовное дело, потому что он «из садистских побуждений пытает жителей дома непрерывными раздражающими звуками». Ещё она писала заявления в ГИБДД, в которых сообщала, что сосед шумит специально, чтобы расшатать людям нервы, ослабить внимательность и спровоцировать как можно больше аварий, потому что в подъезде проживает много автомобилистов, а сосед – вражеский диверсант или маньяк, который хочет любым путём погубить как можно больше народу. В ФСБ, по её собственным словам, она тоже писала – звуковую пытку использовали наши враги в фильме «Ошибка резидента», и значит, разведчиков такие случаи должны особенно интересовать. Не получая ответа от разведчиков и органов правопорядка, толстуха ломилась во все квартиры подъезда с требованием подать коллективный иск о выселении сверлильщика. Конечно, этого мужика все недолюбливали, но дело было проигрышное, объединяться под знаменем сумасшедшей никто не хотел, и её посылали. При этом к самому сверлильщику соседка снизу близко подходить боялась, предпочитая донимать всех остальных жителей подъезда и спецслужбы…

 

Вот чего она сейчас пришла? Открывать дверь Максу не хотелось – только «верхний» с дрелью баловаться перестал, так ещё теперь «нижняя» часовую лекцию про мировое зло и происки империализма зарядит. Или про злого «верхнего»… Весеннее обострение, точно весеннее обострение, у обоих!

 

– Максим, откройте. Нужна помощь!

 

Голос звучал тоскливо. Может, ей опять врезали?..

 

– Эх… Ну что ещё? – проворчал Макс, открывая защёлку… И полетел на пол от мощного толчка дверью. Соседка быстро шагнула в квартиру и захлопнула дверь за собой.

 

– Ах ты ж… – прошипел, вскакивая, разъярённый Макс… И замер, раскрыв рот, уткнувшись взглядом в дуло большого чёрного пистолета ТТ, который шизофреничка снизу навела ему точно между глаз…

 

Соседка приложила толстый палец к губам. Лицо у неё было злое и решительное, а рука с пистолетом не дрожала, и Максим предпочёл пока подчиниться и не поднимать шум. Всё равно никто не услышит – весна, суббота, вся лестничная клетка по дачам.

 

– Не бойтесь! – сквозь зубы проворчала соседка, – я не хочу причинять вам вред. Это, – она качнула стволом, – чтобы вы меня выслушали. Меня никто не слушает. Надоело.

 

Максим кивнул. Пусть расслабится, подойдёт поближе…

 

– Отойдите подальше! – прикрикнула соседка, словно прочитав его мысли. – Держите руки, чтобы я их видела. Пройдёмте в комнату. Идите лицом ко мне. Соблюдайте дистанцию!

 

«Какой конвоир нашёлся! – злобно думал Макс, пятясь с поднятыми руками. – Вот тебе и тихая сумасшедшая…»

 

– Встаньте к стене! – приказала соседка и быстро прошла к столу с ноутбуком. Не спуская глаз с пленника и не опуская руку с пистолетом, вжикнула молнией и достала из поясной сумки диск – DVD в квадратном футляре. Продолжая держать Макса на мушке, одной рукой вынула диск и заправила в дисковод.

 

– Вот, специально записала, – бурчала сумасшедшая. – Чтобы вы поняли… Ага, нашла! Слушайте внимательно! –  соседка развернула ноутбук экраном к Максу.

 

Загрохотала грозная музыка, зашевелились хвосты, заколыхались гребни, ощерились клыкастые пасти и полетели крылатые твари. «Прогулки с динозаврами!» – возвестил голос Николая Дроздова[1]. Макс вспомнил, как в детстве смотрел этот сериал от Би-би-си в озвучке всенародно любимого знатока зверей и гадов по дедову чёрно-белому телеку. Вот бы что пересмотреть! Жаль, что второй просмотр в жизни начинался при таких уродских обстоятельствах…

 

– Минутку! – пробормотала соседка и начала скипать видео. – Вот, здесь!

 

На экране возникли два зелёных динозавра с длинными шипастыми шеями. Один издавал звуки, похожие на трубение слонов.

 

И вот наша самка приближается к самцу, – заговорил Дроздов, – она отвечает на его призывы, сперва громко топая ногами, а затем издавая низкочастотные брачные крики. Самец улавливает эти сигналы по вибрациям, исходящим от земли, и приближается к ней…

 

Соседка остановила видео.

 

– Ну как? Теперь поняли?

 

– Что понял? – спросил Макс, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. Нельзя показывать свой страх перед животными и сумасшедшими…

 

– Если не поняли, вот вам ещё видео, – защёлкала мышью соседка.

 

Пошёл другой фильм. Лежащий в воде крокодил задрал морду и хвост, надулся. Его спина задрожала, быстро задёргалась, расплёскивая брызги во все стороны. При этом крокодил ещё издавал утробные звуки, похожие на рычание, мурчание, и бурчание в животе.

 

– Вибрация мышц разносит звуковые волны по всему болоту, – сообщил незнакомый голос за кадром[2]. – Они настолько сильны, что по воде пляшет рябь. Его рёв опускается до столь низких частот, что человеческое ухо не в силах их уловить. Но эти инфразвуковые призывы обладают удивительной способностью разноситься под водой в четыре раза быстрее и дальше. Лишь специальная низкочастотная запись позволяет нам узнать, что же слышит самка аллигатора.

 

На экране появилась лежащая на дне среди водорослей крокодилица с умильным выражением на морде.

 

– Она находит его любовный рокот неотразимым…

 

Крокодилица сорвалась с места и быстро поплыла. Вскоре она была уже рядом с крокодилом.

 

– Призыв может раздаваться с другого конца болота, но она легко настраивается на его частоту. А вскоре начинается более интимный разговор…

 

Соседка закрыла видео.

 

– Теперь вам всё ясно, Максим? – спросила она, снова одной рукой извлекая свой диск и возвращая его в футляр.

 

– Что вы имеете в виду?

 

Соседка досадливо фыркнула.

 

– Рептилии привлекают партнёра для размножения вибрацией и особыми низкими звуками. И наш подъездный сверлила издаёт своей дрелью вибрации и низкие звуки! У рептилий есть определённый сезон для размножения. И этот гад сверлит только весной! А о том, что разумные человекообразные рептилии живут среди нас, вы давно знаете из моего блога!

 

«И не только из твоего…» – подумал Максим, но предпочёл этого не озвучивать.

 

– Но если он – крокодил, – продолжил Макс тянуть время, – то значит, он сам должен уметь вибрировать? Зачем ему дрель?

 

– Не крокодил, а рептилоид! Разумная человекоподобная рептилия из космоса. Или из другого измерения… Или с другой планеты в другом измерении… А дрель ему – для усиления, – тонким голосом, словно тупому ребёнку, пропела соседка. – Человек изобрёл громкоговоритель, чтобы кричать дальше и громче, чем позволяют его голосовые связки? Вот и эти черти пользуются технологиями, чтобы жужжать дальше и громче. Наверное, у них есть какой-то особый ритм…

 

– Но ведь столько народу сверлит… – начал Максим.

 

– Именно! – прервала его соседка. – Они повсюду! Почитайте интернет! Хоть один сайт с мемами и байками есть без этого самого «соседа с дрелью»? Есть хоть один юридический сайт, где люди не спрашивают, как утихомирить сверлильщиков? В каждом городе, на каждой улице, почти в каждом доме есть какой-то тип, который постоянно сверлит. И люди не понимают, зачем. Ведь ремонты так часто и так долго не делаются! А вот мы теперь знаем, зачем!

 

Соседка говорила всё громче, постепенно заводясь.

 

– Что?! – ткнула она в Макса пистолетом, – всё ещё не веришь?!

 

– Верю, верю… – примирительно поднял руки Макс. Становилось всё опаснее.

 

– Раз веришь, то пойдём!

 

– Куда?

 

– Наверх! – топнула соседка ногой. – К нему! Будешь свидетелем! Заставлю его при тебе во всём признаться и настоящее обличье принять, а ты заснимешь! Камера хорошая есть?

 

– На телефоне только…

 

– Плохо! Но ничего, у нас как доказательство ещё останется его труп!

 

– Труп? – выпучил глаза Максим. Всё становилось слишком серьёзно… – Зачем? Если он ящером обернётся, давайте его ментам сдадим!

 

– Я ментам уже достаточно писала, – отрезала соседка, – они всегда только смеются. Похоже, менты с ним заодно. Это враг, Максим! Страшный и могучий! Рептилоиды – быстрые, сильные, умеют колдовать и гипнотизировать. Живьём мы такого гада не доведём ни до ментов, ни до телевидения. Дашь ему хоть один шанс – и он ускользнёт. Нет, Максим! Мы вытащим его чешуйчатый труп за хвост на улицу и будем показывать людям! Правда должна идти напрямую в народ, минуя ментов, газеты и телевизор! Ведь они все могут быть заодно с врагами!

 

– А если он не обернётся? Если он всё-таки не рептилоид?! – Макса начинало трясти.

 

Соседка зыркнула на парня с ненавистью, а потом мерзко ухмыльнулась:

 

– Он – рептилоид! Ногу прострелю – сразу обернётся! Хватит болтать! Пошли! – толстуха махнула стволом в сторону двери.

 

Стать героем и обезвредить опасную террористку оказалось гораздо сложнее, чем думал Макс. Сперва он хотел выскочить из квартиры, захлопнуть дверь и запереть маньячку до приезда милиции. Потом хотел, пока поднимались, пинком назад сбросить её с лестницы. Не вышло ничего – злодейка была очень внимательна, ни на секунду не расслаблялась и всё время держалась на безопасном расстоянии. Так они и пришли к двери соседа с дрелью. Максим нажал кнопку звонка. Соседка притаилась сбоку.

 

Послышались шаги, щёлкнул замок, и дверь приоткрылась. Слава Богу, на цепочке! В щели показался низкорослый крепкий мужичок средних лет – лысоватый, небритый, в трениках и майке-алкоголичке. Увидев Макса, он разулыбался:

 

– О, сосед!

 

Макс стал изо всех сил косить глазами в сторону соседки. Больше он ничего сделать не мог – пока шли, она недвусмысленно намекнула, что если Макс хоть словом или жестом предупредит «рептилоида», она его пристрелит, как собаку.

 

Улыбчивый «рептилоид» оказался тупым. Не обращая никакого внимания на мимику Максима, он прикрыл дверь, скинул цепочку и распахнул дверь настежь:

 

– Сейчас мы с тобой за встречу-то…

 

– Не двигаться!!! – взревела соседка, выскакивая на середину площадки и беря на прицел обоих. – Руки вверх!!! Руки вверх, оба!!!

 

Мужчины повиновались. Сосед поглядел на Максима с изумлением и какой-то детской обидой: «За что?» Максиму со стыда хотелось сдохнуть на месте. Но пересилить страх и броситься на пистолет он не мог. Так хотелось жить!..

 

– Зашли внутрь! Лицом ко мне! Мед-лен-но! – прошипела соседка.

 

Они вошли в квартиру, и толстуха захлопнула дверь за собой.

 

– Отошли назад! Руки перед собой, чтобы я видела!

 

Мужчины попятились. Макс подался немного вбок, чтобы отодвинуться подальше от соседа. Чтобы этой гадине приходилось сильнее вертеться, переводя ствол с одного на другого, и были моменты, когда она не целится ни в кого…

 

А толстуха прицелилась соседу прямо в лицо:

 

– Думал, тебе всё сойдёт с рук? Думал, сможешь вечно вот так издеваться? Жужжать, гудеть, вибрировать? Я буду по ночам не спать, днём на стену лезть от твоего шума, а ты себе молодую, красивую змеюку найдёшь, и поминай, как звали?! – её голос вдруг сорвался. – А не будет тебе этого, гад! – проговорила соседка тонко, и всхлипнула. – Смерть твоя пришла, упырь! – прорыдала охотница на нечисть, снова громко всхлипнула и вытерла лицо рукой с пистолетом…

 

Макс бросился на соседку, как спущенный с цепи бультерьер! Схватил за руки и всем своим телом, изо всех сил впечатал маньячку спиной в стену, прижал и стал колотить о стену её вооружённую руку. Соседка пистолет не выпускала и вырывалась яростно, пыталась кусать Макса, бить его головой и коленями, но пока ничего не получалось – Макс её хорошо прижимал. Но он чувствовал, что долго так не сможет, – толстуха оказалась неожиданно сильна.

 

– Помоги!!! – взревел Максим. Но сосед на помощь не спешил. Макс слышал, как он перебегает туда-сюда у него за спиной, словно не знает, с какой стороны подобраться.

 

Соседка рванулась всем телом, немного оттолкнула Макса от себя и ударила его коленом в пах. Макс подставил своё колено и спасся. Но в тот же миг соседка крутанула оказавшегося на одной ноге парня и повалила на пол, свалившись на него сверху. Придавленный тяжёлой тушей, Макс с ужасом почувствовал, как её вооружённая рука выворачивается из его хватки…

 

Раздался хлопок, и соседка обмякла, так и оставшись лежать на Максиме.

 

«Сосед её застрелил! – с ужасом подумал парень, сталкивая с себя тяжеленное тело. – Боже, во что я вляпался!»

 

– Скорую вызывай! – крикнул в панике Макс соседу. Никакого оружия у него в руках видно не было… Максим сел рядом с поверженной маньячкой, вырвал у нее пистолет и схватил в правую руку, а левой попытался прощупать у соседки пульс на сонной артерии. Лучше было бы, конечно, не оставлять свои отпечатки на рукоятке ТТ, но мало ли что придёт в голову соседу. И из чего он всё-таки стрелял?..

 

– Да спит она, – спокойно ответил сосед, присаживаясь рядом на корточки. Без особого усилия он перевернул толстую женщину на живот. Сзади из шеи у неё торчало что-то зелёное. Шприц со снотворным? Макс пригляделся… И в ужасе вскочил, вскидывая пистолет. В соседкину шею был воткнут когтистый палец, покрытый ороговевшей зелёной кожей – как у ящерицы…

 

– Спокойствие, только спокойствие, – миролюбиво поднял руки сосед. На его правой руке не хватало указательного пальца. А в неестественно широкой улыбке виднелись кончики острых конических зубов. Нос втянулся и превратился в две дырочки, глаза – жёлтые, с вертикальными зрачками, как у змеи.

 

– Так ты правда… Этот?! – выдохнул Макс, целясь в монстра трясущейся рукой.

 

Сосед сморгнул и стал прежним. На правой руке, на месте отстрелянного пальца, торчал маленький розовый пальчик длиной с одну фалангу.

 

– К утру отрастёт! – кивнул на него сосед.

 

– Может, тебе уже пора район сменить? – злобно скрипнул зубами Макс, – а то три года уже мозг всем выносишь своей дрелью, а женщина к тебе так и не пришла.

 

– Таки пришла! – довольно улыбнулся рептилоид и глянул на лежащую без сознания соседку.

 

Макс тоже глянул вниз и отскочил:

 

– Чёрт!!!

 

Соседка уже начала приходить в себя. Подняться она ещё не могла, но уже шевелила головой, непонимающе оглядывая всё вокруг удивлёнными глазами. Зелеными, с вертикальными зрачками, как у змеи…

 

– Да не может быть! – воскликнул Макс, – она же тебя ненавидела!

 

– Ну так всё по Фрейду, – улыбнулся рептилоид. – Что в себе подавляем, с тем и боремся! Всегда мой Зов чувствовала, но не понимала, что это, боялась. Потому что одна среди землян выросла. В восьмидесятые — девяностые, когда над вашей страной защитное поле ослабло, нашим кораблям удавалось чаще сюда пробираться. Помнишь, сколько газеты об НЛО писали? Столько наших детёнышей здесь тогда осталось… Намучалась она тут, невеста моя!

 

– Что же ты, вот так, даже не пообщавшись, на ней женишься? – проворчал Максим.

 

– Раз она на мой Зов пришла, значит, мы друг другу подходим. Но если вдруг она за меня не захочет, всё равно надо её в наш мир отвезти. Плохо ей тут – вон, уже с пистолетом бегает!

 

– На тарелке полетишь? – спросил Макс.

 

– Тут, в квартире, – портал.

 

Рептилоид переоделся в костюм-тройку, до блеска начистил ботинки, крепко насадил на голову кепку, присел, подхватил слабо шевелящуюся соседку, натужно крякнул и рывком поднял её на руки. Было видно, что далось ему это нелегко.

 

– Ух… Хорошо, когда женщина в теле!.. – проговорил он сдавленным голосом, оглянувшись на Макса. – Бывай!

 

Пошатываясь со своей драгоценной ношей, ящер пинком распахнул дверь в комнату, шагнул через порог и пропал.

 

Больше той весной никто в их подъезде не сверлил…

 

 

[1] Документальный сериал «Прогулки с динозаврами», Великобритания, 1999. Перевод «Эй Би Видео».

[2] Документальный фильм «BBC: Крокодил», Великобритания, 1997. Перевод «Союз-Видео».

2

Брачное объявление

buer

не в сети давно

Здравствуй прекрасная незнакомка! Если ты решила стать счастливой в браке – тебе стоит прочитать это брачное объявление до конца!

Сначала о той которую я ищу:

  1. Ты должна быть красивой — и не только по отзывам твоих родителей.

1.1. Без лишнего веса: рост в сантиметрах, минус 100, остаток равен весу в кг. Рост измерять без обуви, взвешиваться без белья (голой).

1.2. Мой рост 175 см. Твой: 175 минус максимальная высота каблуков твоей обуви и минус три (запас на высоту твоей причёски). Если планируешь носить шляпу – три заменить на высоту шляпы!

1.3. Цвет волос не регламентируется, но лучше — покороче. Лысеющих прошу не беспокоить!

1.4. Максимальная ширина прорези рта: 4-5 см. Губы пухлые.

1.5. Зубы белые, ровные, 32 шт. (без протезов!).

1.6. Нос мясистый (как у Анжелики Джоли), без следов переломов.

1.7. Ресницы длинные (свои).

1.8. Глаза большие, миндалевидные, цвет не регламентируется.

1.9. Уши средние, не оттопыренные.

1.10. Шея длинная.

1.11. Плечи узкие.

1.12. Размер груди № 3 (без силикона).

1.13. Руки красивые (без мозолей), пальцы длинные, ногти миндалевидные (свои).

1.14. Таз гинекоидный.

1.15. Бёдра узкие.

1.16. Ноги длинные.

1.17. Ступни узкие.

1.18. Шрам только от аппендицита.

  1. Характер не скверный. Добрая, нежная, ласковая, заботливая, отзывчивая, не скупая но и не транжира, скромная. С приятным голосом (как у актрисы Теличкиной). И без вредных привычек.
  2. Ты должна уметь:

3.1. Готовить, и не только яичницу.

3.2. Шить и вышивать.

3.3. Вязать (и спицами, и крючком).

3.4. Делать массаж и ставить банки (не трёхлитровые).

3.5. Работать в огороде и консервировать.

3.6. Ухаживать за домашней птицей.

3.7. Клеить обои, белить и красить.

  1. У тебя должна быть работа и высшее образование.
  2. Ну и самое главное: ты должна быть в возрасте до 25 лет, и не быть порченной.

Что тебя ждёт:

  1. Деревянный дом на самом берегу моря (Жигулёвского). Есть сарай, банька и гараж с мотоциклом Днепр (с люлькой).
  2. Огород 8 соток (навоз уже раскидан).
  3. Автобусная остановка в семи минутах быстрой ходьбы.
  4. Магазин в 20 минутах.
  5. Опорный пункт полиции.
  6. Бытовая техника:

6.1. Газовая плита четырёхкомфорочная, с духовкой (если закончится газ — есть в запасе электроплитка).

6.2. Стиральная машинка Фея (с реверсом).

6.3. Электрочайник (надо удалить накипь).

6.4. Электроутюг.

6.5. Скороварка (новая).

6.6. Цветной телевизор (ламповый).

  1. Мебель и посуда в достатке.
  2. Кратко о себе:

8.1. Рост смотри п.п. 1.2.

8.2. Вес 75 кг.

8.3. Красивый брюнет.

8.4. Не пью и не курю.

8.5. Высшее образование (инженер-электрик).

8.6. Работаю, зарплата достойная.

8.7. Есть права на мотоцикл.

8.8. Радиолюбитель.

8.9. Анекдоты не люблю, болтунов тоже.

8.10. Люблю читать техническую литературу.

8.11. Женатым не был.

8.12. Занимаюсь физкультурой (с гантелями).

8.13. Отпуск провожу дома (на берегу моря и в огороде).

8.14. Друзей нет.

8.15. Гулянки не люблю.

8.16. В армии отслужил (ВУС – радист).

Ты уже готова мне написать но тебя интересует сколько мне лет? Я молодой и душой, и телом, и по паспорту. Мне 43 года!

Позвони мне и я сделаю тебя счастливой…

1

Полменя

Pupsik

не в сети давно

По моим критериям нормальности,
Нет у мира для меня пол-яблока.
Я качусь в щербатой аномальности,
К своим срезам примеряю всякого.

А порою в перекурах дружеских
Провожу то вечность, то мгновения.
Полменя охотно тогда тужится,
Быть полезной до самозабвения.

Много нас таких по трассам катится,
Давится катком или колёсами,
Моет поливалками, да гладится,
Смешивается с пылью и отбросами.

На боках таких — почти раздавленных,
Радостней скакать от солнца зайчикам,
Чтоб привлечь к таким целенаправленно
Ненормальных девочек и мальчиков.

0

Грусть

Pupsik

не в сети давно

У нас опять сегодня грозы,
И льёт стеною за окном…
Чуть вдохновенности,
И прозу переверну я кверху дном.

Вы улыбнётесь моей лире,
Всем её недо… с чересчур.
В сметанно-бледном, тучном тире
Найду я свежий каламбур:

Про кривоногость молний шустрых;
Про ветра затяжной шансон;
Про то, как мокро и как тускло
Горит луны битый плафон…

А позже, когда сон придавит,
Когда как будто пора спать,
Жена вам ваш диван расправит,
А я нырну в свою кровать.

И сотню раз весь вечер взвешу,
Казню себя и посмеюсь.
А вы… поймёте же конечно:
Коль рифмы есть, то есть и грусть.

3

Конец Рыцаря

Rada

не в сети давно

Я – Рыцарь без страха и упрека. Что такое деньги, власть и сила, если есть умение видеть и обретать Сокровища? Сокровища – это и есть настоящая жизнь. Сокровища есть всегда и везде. Люди создают их, но оставляют то тут, то там, не считая их Сокровищами. Людям даже в голову не приходит, что Сокровища, которые они не ценят, даруют жизнь Рыцарю. То есть, мне.

 

Моя Дама Сердца всегда следует за мной в моих странствиях. Она мой верный друг. Я люблю ее – настолько, насколько может любить сердце старого волка. То есть, мое.

 

Сколько я существую в этом мире? Я знаю, что давно. Очень давно. Но не помню, сколько. Было ли у меня детство? Возможно, да. Ведь не взялся же я ниоткуда. Откуда-то я все-таки взялся.

 

Есть ли у меня дом? Дом – это весь мир вокруг меня. Нужно ли мне огораживать шесть соток из этого громадного мира шатким забором и целых 70 лет – то бишь, всю свою мелкую жизнь, которая как ветер пролетает за секунду, – носить в себе иллюзию обладания этим шестисоточным кусочком земли с домиком, ради которого люди берут кредиты и полагают, что ежемесячные выплаты – это и есть смысл всей их сознательной жизни? Конечно, некоторым удается оградить забором аж двести гектаров, или даже купить остров в океане. Но зачем мне остров в океане, если там нет Сокровищ?…

 

Есть ли у меня друзья? О да. Мы находим друг друга и делимся историями наших странствий. Выпиваем на дорожку и расходимся до следующей встречи.

 

Каким видят меня люди? Когда я подхожу к ним, они расступаются передо мной – какой бы плотной толпой они ни стояли. Люди смотрят на меня с опаской и готовностью повиноваться мне. Впрочем, я не прошу их о многом. Лишь о малом. И они никогда мне не отказывают. Тут очень важен баланс. Ведь они дают мне жизнь в виде Сокровищ. Никогда не стоит забывать об этом.

 

Но не все спокойно в этом мире. Здесь есть Драконы. Если встретиться с ними глазами, можно потерять жизнь. Они ищут меня, рыская по улицам, вынюхивая мой запах. Ведь кровь одного из них у меня на руках. Это было давно, но они до сих пор помнят и хотят мести. Если столкнуться с Драконами ночью, можно не дожить до утра. Чтобы защититься от них, я ношу с собой Оружие. Да и какой был бы я Рыцарь без Оружия. Ведь одной Дамой Сердца не обойтись для подтверждения такого высокого статуса.

 

Сегодня я переполнился Сокровищами. Дама Сердца лежит рядом со мной на травке, где мы устроили пикник, и сладко улыбается, жмурясь на солнышке. Какое умиротворение. Я люблю этот мир. До тех пор, пока к нам не подошли эти двое. Я заприметил было в них друзей и подумал, что это грандиозная удача – пообщаться с себе подобными, разделив с ними накопившиеся истории. Но нет. Я забыл упомянуть, что порой на жизненном пути встречаются Враги. И как раз такими оказались те двое. Они хотели силой забрать мои Сокровища. А может, и Даму Сердца. Ха, кто им отдаст их без боя. Моя преданная Дама Сердца вцепилась зубами одному из них в горло. Он захрипел и осел, схватившись руками за то место, откуда фонтаном захлестала кровь. Второй пытался оттащить мою верную подругу от горла первого, но та не поддавалась.

 

— Убери свою суку! – заорал он. В это время я выхватил Оружие и ринулся на него. Когда я втыкал нож ему в глаз, я ощутил странный толчок в живот. Он тоже был во всеоружии – ржавый прут, заточенный на конце. Больно, черт возьми.

 

Я лежу на траве, истекая кровью. Первый, с изодранным горлом, все еще трепыхается в предсмертных конвульсиях. Второй умер на месте от моего удара. Правда, он успел всадить мне в печень свой долбанный прут. Все. Конец. Бесславный конец славного Рыцаря. Славного – потому что я смог отстоять свои Сокровища, пусть даже ценой своей жизни. Жива моя Дама Сердца – и это главное. Она не пропадет без меня. Она найдет себе другого Рыцаря. Сейчас она жалобно плачет надо мной. Я тяну руку к ее лицу, чтобы погладить. Краем глаза замечаю приближающихся Драконов. Я рад, что не достанусь им живым.

 

Пелена застилает мне глаза. Ничего не вижу. Темнота.

 

Ах, вот и яркий свет…

 

* * *

 

Это событие не осталось незамеченным. Вот, например, выдержка из какого-то блога: «Сегодня в парке я видел страшную картину: трое бомжей подрались из-за пустых банок. Сначала было смешно: один из них орал, что банки – это его сокровища. Но вдруг собака того, чьи банки пытались отнять те двое, насмерть загрызла одного из нападавших. Разорвала ему горло. Жутенько. Двое других покончили жизнь самоубийством друг об друга: один воткнул нож другому в глаз, а тот одновременно успел пырнуть его под дых какой-то острой палкой. Блин, я пытался это заснять, но все слишком быстро закончилось. Я вызвал ментов, они взяли у меня показания. Во у меня было приключение сегодня».

3

С мыслями о весне и лете

Nick Kemmler

не в сети давно

3

Антихрист и актёр

Эвиллс

не в сети давно

Семь смертельных, лютых, чёрных
Всадников летят средь ночи!
Во владеньях духов спорных,
В тайных знаках междустрочий.

Гнев — им атаман великий.
А в сердцах поёт Инферна!
Их полёт суровый, дикий
Впечатлит тебя безмерно.

Все пути огнём объяты!
Там, где всадники, — пожары.
Их враги людьми распяты.
С ними — Демоны-кошмары.

Чёрта дюжина лихая!
Демонов числом — тринадцать.
Их полёт не знает края.
Хочешь с ними повстречаться?

Знай же, друг мой, встреча будет.
И нахлынут впечатленья!
Да, ничто их не остудит.
Будут новые прозренья.

Кто я, друг мой, точно знаешь?
Три шестёрки — знак мой лютый!
Пренаивнейший товарищ,
Ты меня с собой не путай.

Вновь играешь роль беспечно,
Входишь в образ мой ночами.
Только время быстротечно.
Не шути ты с палачами!

Зверь не ты, запомни это.
Я лишь Гнева воплощенье!
Уважай меня, поэта.
Будет вновь игре продленье.

0

Зов

Вор4ун

не в сети давно

Горе, которое постигло Наталью, нашего инженера, никого не оставило безучастным. Говорили разное и многое. А о том, что это странная и мистическая смерть говорили все. Я же расскажу только то, что слышал сам.

В один из выходных Наталья с мужем и сыном приехали на дачу. Сразу замечу, что дачи на Дальнем Востоке — это немного не то, что на Западе наше страны. Здесь на даче «пашут», чтобы за короткое лето получить хоть какой-то урожай. Поэтому и назвать это отдыхом язык не поворачивается. Наталья с мужем ковырялись на грядках, а их 8-летний сын играл на куче песка с машинками. На дворе стояло лето. Неподалеку раздавались крики и смех детей, купающихся в небольшом водоеме, выкопанном экскаватором для нужд дачного поселка. Кстати сказать, этот водоем был головной болью всех окрестных мамаш, потому что он как магнит тянул к себе всю окрестную малышню, а глубина у него была больше 6 метров. Объясни малышам, не умеющим плавать, почему нельзя им и можно большим.

Неожиданно мальчик сел на куче песка и, повернувшись к пруду, стал прислушиваться к чему-то.
— Даже и не думай, — строго сказал отец, — на обратной дороге в речке покупаемся.
Мальчик кивнул и продолжил играть с машинкой. Через некоторое время он снова посмотрел в ту сторону и, видя, что родители заняты, подошел к забору, прислушиваясь.
— Мам, там кто-то зовёт, — крикнул сын Наталье.
Она разогнулась, посмотрела, прикрыв ладонью глаза от солнца. Никого не было. С улицы раздавались все те же детские крики и обычные звуки дачного поселка.
— Через полчаса пойдем обедать, поиграй, — сказала она, продолжая своё занятие.
Не говоря ни слова, мальчик вышел на улицу и со всех ног бросился бежать в сторону водоема. Ничего не понявшие родители вышли на улицу, и, увидев куда бежит мальчик, отец бросился вдогонку. Но мальчик летел, как спринтер и, оттолкнув на берегу мальчишку, нырнул в пруд.
На поверхности он больше не появился.
Никто не обратил внимания на ныряльщика, только подбежавший отец не раздеваясь прыгнул в воду.

Мальчика нашли быстро, его совершенно белое лицо поразило своим спокойствием и умиротворенностью. Никакая реанимация не смогла вернуть его к жизни. Мать рассказывала потом, что, не умея плавать, он никогда и не стремился к этому пруду. Почему это произошло так неожиданно и стремительно, как будто он бежал на встречу с кем-то более родным, чем его родители?

3

Новый мир

Pupsik

не в сети давно

На этой, доселе пустой странице,
Через полчаса зародится мир.
Ты не против? Так пусть себе зародится?
Кисть дрожит: слово, точка, стихи, пунктир…

Засели пространство, дай рай героям.
Дай героям врагов, назови их злом.
Что ж ты прячешь глаза? Опять расстроен?
Хочешь лад в раю, и чтоб всем везло…

Черновик покомкан, как шар чумазый.
Пасть корзины ждёт его, словно ад.
Ты — ребёнок жаждущий добрых сказок,
Не спеши из миров делать звездопад!

Я так думаю: рай — не талмуд из правил,
А в аду всё добро вряд ли запрещено.
Вот бы сор сместить из корзины в файлы…
Дать героям выбрать свой жанр кино.

0

Пусть станет былью

Pupsik

не в сети давно

Мелодией майской сирени
Звенит этот вечер в окошке.
Куст розы когтистые тени
На тропке у дома разложит.

Блик молнии за облаками
Скворцов задремавших разбудит.
Хрустальными дождик руками
Напишет: «Морозов не будет!»

Водица пусть смоет печали,
Осевшие серою пылью.
Любовь, о которой мечтали,
Весеннею пусть станет былью.

0

Что сегодня смелю?

Pupsik

не в сети давно

Ветер-брат, ты всегда за меня.
Не суши моих слёз!
Лучше дуй-ка мне в спину!
Солнце, чуть бы поменьше огня?
Я тащу такой воз,
Что и вол бы не сдвинул.

Гром-шутник, не греми хохоча!
Не сочувствуешь мне?
Не пугай, не бросай свои стрелы.
Дождь, стучи по намокшим плечам!
Вся спина как в огне —
Режут лямки болезненно тело.

Мельник-кум, притянула я воз.
Поклонившись, молю:
Не гони ты меня от порога.
Я отвечу на твой молчаливый вопрос:
Что сегодня смелю?
Все уроки судьбы моей строгой.

Пусть всё смелется в пыль и летит…
Ветер сдует, да солнце иссушит.
Пусть не тянет нигде, не болит,
И не горбит мне спину, не мучает душу.

0

Друг

Pupsik

не в сети давно

День улёгся и почти стих.
Стих — морзянкою в висках
стук.
Запишу, а ты ложись, спи…
Назову его с утра «друг».

Мне молчать с тобою нет сил.
Силюсь страх не выдавать злой.
Хочешь сказку расскажу?
— Жил!
Не чужой, да и не мой — Свой…

Ночь дотлела, ускользнул мрак.
Нет конца ни разговорам, ни нам.
Не понять умом, чего-как
Без доверия мы к сказкам и снам…

0

Охота сквозь века

Эвиллс

не в сети давно

По острым граням бытия,
Дыша бездонною тоскою,
И крик свой в сердце затая,
Любя, охочусь за тобою!

Перед глазами нежный взор
И лик загадочно-печальный.
Воспоминанья до сих пор
Рисуют саван погребальный,

Что прошлым веком, на тебя,
Надела Смерть — не пощадила!
Ты с ней ушла, меня любя.
И двери прошлого закрыла.

Тоски посланник тут возник,
Взорвалось сердце дикой болью!
Стал будто немощный старик.
Во Мрак ушёл я за тобою.

Но тщетны поиски мои.
У Демонов искал тебя я.
Сказали: «Здесь ты не ищи.
Она теперь уже другая.

Она, тоскуя, ждёт тебя!
В том мире время быстро мчится.
Твой образ в памяти храня,
Ещё мала, она томится».

И вот, по граням бытия,
Неразлучим с моей тоскою,
И крик свой в сердце затая,
Любя, охочусь за тобою!

1