Тролльская песня

Примечание: Иногда стихи, написанные специально для песни, без музыки выглядят коряво. Мелодия задаёт темп и корявости сглаживает, поэтому рекомендую перед прочтением прослушать оригинал: www.youtube.com

 

 

В альпийской деревушке соседям не до сна
Спешат они под крышу вернуться дотемна
В домах, задвинув дверь столом и ставни подперев колом,
Лежат, глаз не смыкая, в поту ледяном…

 

Выходит люд наружу не раньше, чем когда
Раздастся над деревней крик звонкий петуха.
И по-другому тут никак, последние полгода, как
На кладбище забытом поднялся вурдалак…

 

Ням-ням-ням, мужика пополам!
Чтобы знал, дурак, как потемну шляться!
Ням-ням-ням, мужика пополам!
Выйдешь до рассвета — сразу ням!

 

Сперва пропали дети, что по грибы пошли.
Три дня их все искали, и кое-что нашли,
Что удалось в мешок сложить и на костре скорей спалить
Чтоб кладбища святую землЮ не осквернить…

 

Так поступить крестьянам их пастор приказал,
Который досконально пути нечистых знал.
Он сразу всех в толпу собрал и перепуганным сказал,
Что смерть за пригрешенья Господь им послал:

 

— Люди, покайтесь, люди, молитесь
Об избавленьи от кар, а ещё
Ну-ка, друг к другу вы все приглядитесь:
Кто из нас настолько грешен, что беду привлёк?

 

Охотником умелым отец детишек был,
С рогатиной и луком на кабана ходил.
Пока костра струился дым, от горя сделался седым
И мимо пасторскую речь ушей пропустил.

 

Лишь одного хотел он — вампиру отомстить.
Едва домой вернувшись, он сел копьё точить.
А дома уж толпа друзей — один другого был смелей
И всяк из них хотел свою семью защитить…

 

Где монстр окопался, примерно каждый знал.
В горах за диким лесом пустой дворец стоял
Где жил когда-то клан людей, что были много раз страшней,
Чем всякие вампиры при жизни своей…

 

Давно в проклятом месте малейшей жизни нет.
Но в замке есть кладбИще, на кладбище есть склеп,
Что стал хранилищем костей хозяев бывших тех земель.
Видать, кому-то тяжко в аду усидеть…

 

Отправились отрядом охотники с утра.
Бог даст, и до захода разыщут упыря.
Всего делов — башку отсечь, потом останки в пепел сжечь,
А прах в болоте утопить и сразу забыть…

 

Закат сменился ночью, четыре дня прошло.
Никто не возвратился в несчастное село.
Пришла беда под каждый кров, повсюду льются слёзы вдов…
Как жить теперь деревне без лучших мужиков?

 

Ням-ням-ням, мужика пополам,
Чтобы знал, дурак, как по лесу шляться!
Ням-ням-ням, дурака пополам!
Углубишься в чащу — будет ням!

 

Сказал всем снова пастор: «Вам это за грехи!
Вы пили и блудили, гнев Божий навлекли!
Эти мученья — во искупленье,
Будет вам хуже ещё, дикари —
Ведь проявили неповиновенье
Воле Небес те, кто биться пошли!»

 

Потом в самой деревне стал пропадать народ
Кто поздно возвращался, иль вышел в огород.
Как только меркнет солнца свет, ни для кого спасенья нет,
Кто не дошел до дома — уже не придёт…

 

Молитву о спасеньи церковный хор поёт,
Взывает всех к смиренью священник, а приход
В мрачных сомненьях: чьи пригрешенья
Беды такие влекут на народ?
Мстя ведь кому-то, Heilige Mutter
Нам избавленья от зла не даёт?

 

Которую неделю пустой стоит трактир,
Ведь с жизнью распрощались, любил кто накатить!
Кто подгуляет, тот опоздает
До наступления ночи под кров,
Его, без сомненья, упырь растерзает —
Знать, хороша с пива примесью кровь!

 

Ням-ням-ням, мужика пополам!
Чтобы знал, дурак, как в хлам напиваться!
Ням-ням-ням, колдыря пополам!
Под забор приляжешь — будет ням!

 

Когда уж за убийцей жертв было за полста,
В село приехал рыцарь, а может быть ведьмак.
Парень здоровый, явно бедовый
Правил конём боевым, а при нём
Меч огроменный в ножнах потёртых
Висел за спиной, и кинжал за ремнём.

 

Заночевал в трактире и пива заказал,
За кружкой у хозяев про горе разузнал.
Он слушал, в бородище скрёб, в глазах — опасный огонёк.
Потом, ни слова не сказав, скорее спать лёг…

 

Оружие проверил и тронулся чуть свет.
Один решил поехать — довольно людям бед.
Чем собирать народ на бой, решил рискнуть одним собой —
И так мужчин в деревне почти уже нет.

 

Когда он мимо церкви неспешно проезжал,
На ослике священник к вояке подскакал:
— Я вижу, сын мой, ты — герой, но всё ж возьми меня с собой,
Убить вампира сложно без молитвы святой…

 

Легко без провожатых развалины нашли —
Широкие ущелья к заброшенке вели.
Боец свой кладенец достал, коня привязывать не стал —
Удастся ли вернуться, он точно не знал…

 

А спутник его пастор тащил мешок большой
С псалтырем и крестами, свячёною водой —
Чего лишь не лежало там, и всё не бесполезный хлам,
Всё может пригодиться, чтоб сгинул ворог злой.

 

День близился к закату, когда вошли во двор.
Стал воин в самом центре раскладывать костёр.
День догорает, ночь наступает,
Смысла уж нет в подзмельях искать.
Чем тупо сгинуть во тьме лабиринта,
Лучше при свете огня бой принять!

 

Тем временем священник круг мелом начертил —
Надежно, как он думал, себя огородил.
Он будет здесь бой наблюдать, молитвы нараспев читать,
Чтоб силу колдовскую у монстра отнять.

 

Упырь явился сразу, как только сгинул свет.
Громила как горилла, свет красный из-под век
И кожа словно снег бела, клыки и когти, все дела,
Короче всё стандартно, примет особых нет…

 

Герой заматерился и бросился рубить,
Стал вурдалак прыжками от стали уходить.
И так скакали полчаса, а пастор всё латынь читал,
Шептал, лишь прерываясь водою покропить…

 

В крови уже воитель, но из последних сил
Вампиру прямо в брюхо свой длинный меч вонзил!
А нечисть ведь не любит сталь, а меч — подобие креста.
Попадали вороны с ветвей — так завопил…

 

Хоть рана не смертельна, упырь лишился сил.
Чтоб возвратился в Бездну, удар лишь нужен был!
К нему подходит наш герой, заносит меч над головой,
Чтоб голову больную уроду отрубить!

 

Тем временем священник молитвенник закрыл,
И руку в свой мешочек поспешно запустил.
В мешке чего том только нет, запас на случай всяких бед.
Секундочку порывшись, он вынул арбалет…

 

Нажал на крюк спускОвый, и свистнула стрела
И в спину меченосцу по пёрышки ушла.
Боец пошатнулся, с трудом развернулся,
Не понимая, тараща глаза.
Рухнул навзничь, а старик усмехнулся:
— Думал, ты наш избавитель? Кто тебе сказал?

 

Герой уж задыхался, ответить нету сил,
А пастор, над ним стоя, спокойно говорил:
«Когда подолгу нету бед, народ всегда впадает в грех,
Душе не на пользу ни сытость, ни мир.
Лишь перед ликом смерти мы думаем о вечном…
Вот почему мне был нужен вампир!

 

Пока я вурдалака заклятьем не призвал,
Такой Содом творился, о воин, ты бы знал.
Едва дневной закончат труд, в трактир за пивом валом прут,
Под дудки скоморохов там пляшут и поют.
Девицы потеряли стыд, и не стыдясь волос седых
Родителей почтенных, парней ввергали в блуд.
Родители юных блудниц покрывали,
Своими детьми байстрюков объявляли,
И никого смертью не покарали,
Как предки наши нам всем завещали…
Словно скоты, Божий страх потеряли!

 

Пока огни Геенны не поглотили нас,
Решил я нечестивцам дать комендантский час.
Ночь несёт отдых перед работой,
Надо под крышей её проводить.
Страж беспощадный научит страху
Любителей пить, плясать и блудить!

 

Теперь народ исправно стал службы посещать,
А раньше этих пьяниц в храм было не загнать!
Теперь в любой воскресный день у нас полны скамьи людей.
Стала наша добродетель снова процветать!

 

А ты сюда явился и чуть к нулю не свёл
Своим мечом дурацким усердие моё!
Зря я тут, что ли, по уши в крови
Несчастных жертв, заклинанья читал?
Или же зря на отряд наших воинов,
Шедших сюда, я лавину спускал?!»

 

Пока наш славный пастор всё это говорил,
Пред ним лежавший рыцарь уж душу испустил.
Оставив тело упырю, вернулся пастор к алтарю
И к отпеванию скорее приступил…

 

Ням-ням-ням, ведьмака пополам!
Чтобы знал, дурак, как в дело соваться!
Ням-ням-ням, ведьмака пополам!
Захотел в герои — сразу ням!

 

От гибели героя шесть месяцев прошло.
В полнейшем благочестьи живёт наше село.
Никто не пляшет, не поёт, на девушек глаз не кладёт,
Перед закатом спать идёт и пива не пьёт…

 

Однако продолжает народишко редеть —
Грешны или безгрешны, вампиру надо есть!
Чтоб новых грешников добыть, пришлось священнику включить
Три деревушки близких в вампирский список чистки!

 

Решил однажды пастор: «Пора концы топить!
В такой кровище шило в мешке не утаить!»
И стал предметы собирать для ритуала — возвращать
Того, кто был полезен — в адскую бездну!

 

Однако ровно в полдень (был яркий летний день)
Вошёл в пустую церковь какой-то человек.
Высок и статен, средних лет, как знатный в чёрное одет,
Лицом красив. А кожа — белее, чем снег…

 

В поднос для подношений рубинов накидал,
Пошёл в исповедальню, и пастора позвал.
Тот сразу к гостю поспешил, помочь чтоб сбросить груз с души,
Но только заглянул в глаза — холодный пот прошиб…

 

Приветствую, отец мой! — сказал с улыбкой гость, —
— Давно уже в последний раз бывать здесь довелось…
Приятно поболтать в тиши, пока здесь нету ни души.
Поговорим, отец мой, ибо ты согрешил!

 

Как листик на осине трясясь и онемев,
На гостя смотрит пастор, предчувствуя удел…
Знать, опоздал со своим ритуалом,
А вурдалак уже в силу вошёл
(Не мудрено, на такой-то кормёжке!),
При свете дня если в церковь пришёл!

 

Упырь разулыбался: — Не надо, друг, скулить!
Хочу тебе за красное красным отплатить!
И в руку пастора вложил рубин, размером с мандарин
— Будут ещё, лишь сумей заслужить!

 

Как многие, кто в Мире Подземном долго был,
Узнал я тайны кладов и златоносных жил.
Увы, мой друг, но в мире Тьмы у дряни этой нет цены.
Валюта другая у нас там в ходу…

 

Нас очень привлекает Жизнь, в той форме, чтобы поглотить
И согреться хоть немножко в ледяном Аду…

 

Тебе я благодарен, что вызволил меня
Из тёмного забытья и дал вернуться в Явь!
Ты будешь первый мне слуга, тебе я очень много дам
Того, что мы не ценим, но очень любо вам!

 

Отстрою снова замок, где жил когда-то я,
Положено мне править, как встарь, в этих краях!
Тебе большой готовлю путь: епископом моим ты будь,
Заботиться о душах такой, как ты мне нужен!

 

Нам деньги — не проблема, не вижу я преград,
Построим в этих землях большой торговый град!
Чтоб жило множество людей, рожало вдоволь мне детей..
Будет меня город славный жизнью греть своей…

 

Дружочек, ты согласен? Я вижу по глазам,
Что ты старик отличный. Ну, значит, по рукам?

 

***

С момента этой байки пять сотен лет прошло.
Стоит красивый город, где было то село.
Дорога близ него ведёт, поток машин товар везёт,
Гостиничный бизнес здесь на высоте.
Замок красивый постройки старинной
Со всех концов привлекает гостей.
Здесь карнавалы, здесь фестивали,
Здесь горнолыжный прекрасный курорт.
Толпы приезжих всю ночь здесь гуляют…
Ну и что, что пара-тройка где-то пропадёт?

 

На площади центральной — готический собор,
Сплошное загляденье на фоне древних гор.
Высокие колонны и стрельчатые окна,
Над алтарём — превосходный витраж.
На прихожан с него строго взирает
Святой местночтимый, покровитель наш.
Странно немного, что весь он в чёрном,
Чёрные крылья из-за спины,
Взгляд необычный, какой-то ироничный
Нимб тёмно-красный вокруг головы…
Витраж удивляет, немного пугает
Тех, кто его в первый раз увидал.
Он очень старый, кто ж его знает,
Что художник позабытый нам передал…

0

Автор публикации

не в сети 4 недели

Sv. Goranflo

172
Комментарии: 101Публикации: 26Регистрация: 23-11-2017
Данные:
Опубликовано: Sv. Goranflo от

Добавить комментарий

Войти с помощью: